Очерк предыстории России. Часть вторая.

Стоявшие на более высоком уровне организации общественной жизни, чем финно-угры, англосаксы основали почти все старинные города России. К упоминавшемуся Брянску можно добавить еще такие:

Галич, город в Костромской обл. – др.-анг. gāl “веселый”, “похотливый”, “непристойный”, “гордый” и eacen ”умножать”, ”увеличивать”, ”расти”, “одаренный”, “сильный”, “большой”, “крепкий”.

Москва (в летописи Московъ или Московь), столица России, деревни в Тверской и Новгородской областях – д.-анг. mos "болото", cofa "лачуга, хибара".

Муром, город во Владимирской обл. – др.-анг. mūr "стена', ōm "ржавчина".

Пенза – первоначально название города подобное лат. penso, -āre "взвешивать", "оценивать", "платить" было дано италиками, мигрировавшими на восток (см. Древние греки и италики на территории Украины и России), англосаксы несколько изменили его звучание в соответствии с др.-анг pæneg "монета, деньги". Ср. венг. pénz "деньги".

Ростов, два города в России, но есть еще одно село Ростов в Сумской области, Украина – др.-анг rūst "красный", "ржавчина". Возможно славянское происхождение, но ср. Муром (см.)

Суздаль, город во Владимирской обл. – др.-анг. swæs "красивый, приятный, любимый", dale "долина".

Тверь, (в летописях Тхверь, Тферь и под.) – др.-англ. đwǣre "послушный, приятнвй, счастливый".

Особенно много предполагаемых англосаксонских населенных пунктов имеется на территории столицы России и в ближайших окрестностях. В некоторых местах растояние между соседними населенными пунктами состаляет всего 5-10 км. В целом их плотность такова, что есть смысл показать их расположение на отдельной карте (см. Рис. 9.)

Рис. 9. Поселения англосаксов вокруг Москвы

Некоторым названиям на карте расшифровки были даны выше, для остальных же предлагаются такие:

Белый Раст – др.-анг. ræst "отдых, покой".

Дарна – др.-сакс. darno, др.-анг. darnunga "тайный, скрытый".

Деденево – д.-анг. dead "мертвый", eanian "ягниться, котиться".

Картино – др.-анг. ceart "пустошь, невозделанная общественная земля".

Картмазово – др.-анг. ceart "пустошь, невозделанная общественная земля", māg "плохой".

Китайгород – др.-анг. ciete "хибара, будка".

Кунцево – др.-анг. cynca "связка, пучок".

Ладога – др.-анг. lāđ «опасный, враждебный», -gē, др.-сак. -gā, др.-анг. eage "отверстие", "дыра".

Лыткарино – др.-анг. lyt «маленький», carr «камень, скала».

Мамыри – др.-анг. mamor(a) «глубокий сон».

Миусы, исторический район Москвы – др.-анг. mēos «мох, болото».

Оболдино – как Болдино.

Пенягино – др.-анг. pæneg «монета, деньги».

Реутов – др.-анг. reotan «плакать, жаловаться».

Синьково – др.-анг. sinc «сокровище, богатство».

Фофаново – др.-анг. fā «пестрый», fana «ткань, платок».

Чертаново – др.-анг. ceart «пустошь, невозделанная общественная земля».

К этим ойконимам можно добавить названия московских рек Неглинная и Яуза. Для первой фонетически хорошо подходит др.-анг. nægl "гвоздь, колышек". Зафиксировано также производное от него nægling (название меча), но остается неясной мотивировка такого названия реки. Название Яузы можно найти в летописях в форме Ауза, поэтому для расшифроки также хорошо подходит др.-анг. eage "глаз, отверстие" (др.-исл. auga), хотя и в этом случае мотивация остается не совсем ясной тем более, что такое же название имеют правые притоки рек Ламы и Гжати.

В целом особенно концентрируются англосаксонскик топонимы на территории Владимиро-Суздальского княжества, однако это еще ничего не говорит о причине позднейших успехов княжества и особенно будущей столицы России. Причина политического возвышения англосаксов была той же, что и среди племенного объединения алан, то есть в экономическом превосходстве. События в Центральной России в период после появления там англосаксов имели большое воздействие на Западную Европу благодаря активности викингов, которые обеспечили приток огромного капитала в Скандинавию в виде серебра, о размерах которого можно судить по содержанию находок кладов на путях их торгово-грабительских походов:

Серебро – самая важная особенность знаменитых кладов викингов, а серебро вместе с инструментами измерения можно найти в торговых центрах Скандинавии. Оно явно сыграло важную роль в практике обменной торговли викингов, а также в экономическом и политическом развитии Скандинавии (Merkel Stephen William. 2016, 35).

Викингами в Европе назывлись походные группы северных германцев, которые з зависимомти от обстоятельств занимались торговлей и/или грабежами за пределами своей родины. В Восточной Европе они назывались варягами. Как оказалось, в их число включались и фламандские купцы, которые и были настоящей русью (см. Загадочный древний народ рус). Сотрудничество этой руси с местными властями в многом определяло политические события того времени в Восточной Европе. Ибн Фадлан, посетивший в качесте секретаря полольства халифа Волжскую Булгарию, описыввает русов и их деятельность и не упоминает никаких варягов. Фактически осталось незамеченным, что он не уточняет, кем были упоминаемые им булгары и предполагается, что существовал такой народ. На самом деле булгарами были англосаксы, получившие это название от проточувашей, бывших у них в подчинении, и оно было неренесено на них. Это историческое недоразумение породило фальшивую теорию о существования булгарского языка, якобы исчезнувшего не оставив никаких следов. Из этой путааницы можно выйти согласившись с тем, что англосаксы обосновашие на Волге государство и установили в нем режим ксенократии будучи правящей верхушкой. Иностранцам их наименование дало основания назвать новообразованное государство Булгарией (см. Волжские булгары).

Значительная часть серебра в виде куфических (аббасидских) дирхемов начала поступать в Скандинавию из Булгарии, часто посещаемой мусульманскими купцами из стран Арабского Халифата для меновой торговли с местным населением и прибывавшей туда с конца VIII века русью после экономического сближения Хазарии с арабами (Комар А.В. 2017, 61, 67). Праящую верхушку Хазаркого каганата также составляли англосаксы, что упрощало формирование торгового пути в мусульманский мир по Волге. Англосаксы объединили в одном государстве многичисленные народы Северного Кавказа и Приазовья, что предовратило проникновение арабов в Восточную Европу. В состав каганата вошел такаже племенной союз проточувашей (см. К истокам Хазарского каганата ). Внутренние конфлиты в их среде привели к миграции одной части из них на Среднюю Волгу туда, где находится теперь републик Чувашия.

В обмен на меха соболей, белок, горностаев, хорьков, ласок, куниц, лисиц, бобров, козьи и конские шкуры, воск, мед, рыбий клей, бобровую струю, янтарь и невольников купцы предлагали предметы роскоши и серебро, накопление которого было большой страстью русов. Насколько масштабный характер носила торговля рабами можно судить по словам ибн Фадлана, указывавшего, что русы, прибывая в Булгарию, традиционно должны были отдавать от каждого десятка рабов "одну голову" царю булгар. Таким образом, англосаксы обогащались не только за счет торговли, но и за счет дани русов и ее размеры дают основание заключить, что общее количество приводимых невольников с каждым караваном русов, состоящем из множества судов, могло составлять сотни.

Добытое в Булгарии грабежом и торговлей серебро русы доставляли в Швецию, где пунктом его распределения была Бирка, расположенная на озере Меларен острова Бьёркё неподалеку от Стокгольма (Сойер Питер, 2002, 14). Доставка серебра в Бирку осуществлялася разными путями, некоторым из которых отдавалось предпочтение по разным причинам. Считается, что вся торговля шла через Новгород, но он приобрел значимость торгового центра только в X веке (там же). О незначительной роли Новгорода в торговле с Востоком говорит небольшое количество и бедность кладов куфических дирхемов, найденых в Новгородской области. Вполне обоснованно можно считать, что для торговли северные германцы использовался более короткий давно освоенный путь по Западной Двине, по которому они мигрировали в Скандинавию со своей прародины в конце второго тыс. до н.э. (см. раздел Северогерманская топонимия в Беларуси, Прибалтике и России). Бедные клады куфических дирхемов в Новгороде говорят о только о том, что здесь русы могли запасаться пушниной, воском и медом, а возвращаться туда на обратном пути в Швецию им не было нужды. Находка клада куфических монет весом более 40 килограм в Муроме свидетельствует о том, что путь русов проходил по Оке, в то время как в Новгород проще было попасть, плывя по Волге и далее по Тверце поднимаясь к рекам Балтийского бассейна. Из Оки купеческие суда могли идти вверх по Москве-реке и далее через Рузу, Вазузу, Днепр попадать в Западную Двину. Это путь нелегкий, поскольку несколько раз приходилось бы перетягивать корабли из реки в реку волоком. Поход продолжался несколько месяцев и время от времени нужно было делать остановки для запасения провиантом у местного населения, что требовало определенных расходов.

Великий волжский путь связывавший Европу с Азией имел "выдающееся геополитическое, культурное, транспортно-торговое, международное и межгосударственное значение". На нем єкспортно-импортные операции приносили торговцам баснословные прибыли, достигавшие 1000 % (Кирпичников А.Н. 2006, 34). Особенно прибыльной была торговля невольниками. Торговля рабами сопряжена с логистическими трудностями, поэтому их приобретение русами должно было происходить в ближайшей от Булгарии местности. Ростов и Суздаль, будущие центры княжества, не расположены на основных торговых путях, поэтому в основе их возвышения очевидно лежала работорговля. Местные князьки в обмен на серебряные дирхемы поставляли русам рабов в порты на Оке и Волге в период расцвета торговли со странами Халифата. Торговля с аббасидским Табаристаном на южном побережье Каспийского моря и саманидской Средней Азией происходила в двух направлениях:

…в течение первых восьмидесяти лет IX в. исламское серебро попадало в Восточную Европу с Ближнего Востока через Кавказ / Каспийское море и Хазарию, в период между около 900 г. и началом XI в. оно доставлялось туда в основном из саманидской Средней Азии через южно-уральские степи и Волжскую Булгарию. Этот поток среднеазиатских дирхемов прекратился во втором десятилетии XI в. (Ковалев Р.К. 2015, 96-97).

Пути доставки серебра в Швецию, восстановленные по составу кладов дирхемов.

(Merkel Stephen William. 2016, 63. Фіг. 4-7).

Желтым цветом обозначен путь аббасидских дирхемов по Каспийскому морю и через Хазарию из Ирака и Ирана, красным – путь саманидских дирхемов из Средней Азии, оранжевым – условный путь из Булгарии в Швецию.

Торговые пути сходились в Волжской Булгарии, и это определило ее возвышение, но недоразвитая хояйствення жизнь привела ее е окончательному падению. Напротив, преращение Москвы в центр великого государства имеет свои причины в развитии разных форм экономики. Благоприятные географические условия обусловивия интенсивное заселение этого края. Во времена Юрия Долгорукого Москва была уже богатым селом и успешность хозяйственной деятельности местного населения была обеспечена разнообразием здешнего ландшафта:

В действительности Московская местность представляла в первое время много сельских удобств для основания широкого сельского хозяйства. Так называемый Великий Луг Замоскворечья, лежащий против Кремлевской горы, доставлял обширное пастбище для скота и особенно для княжеских конных табунов. Окружные луга, поля и всполья с пересекавшими их речками и ручьями служили славными угодьями для хлебопашества, огородничества и садоводства, не говоря о тучных сенокосах. Нет сомнения, что прилегавшее к Кремлевской горе Кучково поле было покрыто пашнями (Забѣлин Иван. 1905, 4).

Развитое скотоводство, как, очевидно, и пчеловодство, были для москвичей хорошим источником обогащения – конские и козьи шкуры, мед и воск пользовались большим спросом на Востоке. Русы с удовольствием запасались здесь этим товарами, оставляя для местных предпринимателей немалую толику серебряных монет, вырученых при продаже этих товаров мусульманским купцам в Булгарии. Таким образом, в Москве оседал крупный капитал, который обеспечил политический успех местной элите позднее.

Существование на месте древней Москвы более древнего поселения подтверждается неоднократными случайными находками здесь серебряных изделий и монет датируемых X в. и, очевидно, не случайны названия бывших деревень Пенягино и Синьково, которые теперь относятся к Москве (др.-анг. pæneg "монета, деньги" и sinc “сокровище, богатство”). Однако многочисленные поселения Москворечья VII–IX вв. остаются еще слабо изученными, история его представляется туманной, особенно в части этногенетических процессов (Седов В.В. 2002, 390). Более изучено в археологическом плане Волго-Клязьминское междуречье, и археологические находки свидетельствуют, что местное население было смешанным, но основными создателями распространенной здесь мерянской культуры были не местные финны, а, по выражению Седова, "среднеевропейские переселенцы" (там же, 393). Этническая неоднородность населения края заставляла пришельцев, бывших в меньшинстве, строить укрепленные городища, примером которых может быть Сарское на берегу озера Неро (см. Рис. 11). Его срединная часть, обнесенная валами, занимала площадь 8000 кв. м. (там же, 391).

Рис. 11. Озеро Неро и Сарское городище.

Карта на основе Google map. Фото с сайта Исторические записки

На карте видно, что на озере Неро имеется полуостров, в связи с чем уместно привести описание земли русов восточным ученым ибн Руста, относящеяся к первой трети X века:

Что касается до Руси, то находится она на острове, окруженным озером. Окружность этого озера, на котором живут они (Русы), равняется трем дням пути; покрыт он лесами и болотами; нездоров и сыр до того, что стоит наступить ногою на землю, и она уже трясется по причине (рыхлости от) облия в ней воды (Хвольсонъ Д.А. 1869, 34).

Сарское городище значительно отличалось от поселений финно-угорского населения. Археологические находки четко свидетельствуют две его различные функции — военную и торговую, что иллюстрируются большим количеством оружия наряду с исламскими монетами и предметами иностранного происхожения (Hedenstierna-Jonson Charlotte. 2009, 161).

Вероятнее всего полуостров на озере, как и Сарское городище, были опорными пунктами англосаксов. Загадочным кажется смысл "ржавый" в названиях Ростова (др.-анг. rūst "ржавчина") и другой англосакснской крепости Муром (др.-анг. mūr "стена", ōm "ржавчина"). Однако в германских, как и других языках, слова, означающие ржавчину, восходят к одному и тому же корню, что и слова "красный" (Kluge Friedrich, Seebold Elmar , 1989, 606), поэтому др.-анг. rūst могло означать разные оттенки красного цвета.

Ибн Руста говорит о русах и славянах, явно как о разных народах, и при этом русы производят набеги на славян для захвата пленных, которых затем продают хазарам или булгарам, то есть англосаксам. Хлебопашеством они не занимаются и питаются тем тем, что добывает у славян (Хвольсонъ Д.А . 1869, 35). Русами местное население могло называть также и близких им по языку варягов-шведов и англосаксов, тогда как славян на Волге тогда еще не было. Фактически арабские ученые часто говорят об отличном от русов народе "сакалиба" и, как указывал еще Ашмарин, так они обобщенно называли все белокурое население северо-восточной Европы.

Очевидно, Ростов и Муром были административными центрами двух господствующих англосаксонских племен на территориях позднейших Владимиро-Суздальского и Муромо-Рязанского княжеств. Верхушка племен сосредоточила в своих руках немалый капитал, заработанный на торговле пушниной и невольниками из числа коренного населения. Идентифицируя жителей этих городов с англосаксами, можно предполагать их тесное сотрудничество с русами, державшими в руках всю торговлю со странами Востока. Поскольку торговля шла через Хазарию, то она должна была контролироваться хазарскими властями, которую также составляли англосаксы. Хазария торговала не только с Востоком, но и с Константинополем, используя торговый путь по Днепру. Русы не хотели иметь посредников в торговле, поэтому стремились установить с Константинополем прямые торговые отношения. Препятствуя их развитию, хазары перекрыли возможный путь на константинопольский рынок строительством крепости Саркел на перешейке между Доном и Волгой. Это привело к обострению отношений между соперниками, которые стали враждебными после коварного убийства ставленников Хазарии Аскольда и Дира в Киеве. Их имена выдают их национальную принадлежность (Дир – др.-анг. dieren "ценить, хвалить", diere "дорогой, ценный, благородный", Аскольд – др.-анг. āscian "просить, требовать", "призывать, избирать" и eald, анг. old "старый", ealdor "князь, господин"). В глазах хазарских англосаксов русы стали преступниками в соответствии с др.-сакс. war(a)g "преступник" (Holthausen F. 1974, 386). В интересах торговли русы всегда активно сотрудничали с местными властям и, стараясь пробиться в Константинополе, охотно принимали в свои ряды шведов, коорых перспектива торговых отношений с Константинополем тоже очень привлекала. Из-за их сотрудничества с русами прозвище "варяги" распространилось также на них.

Формирование влиятельного в местной среде сословия земского боярства требовало длительного времени, поэтому его корни должны уходить глубоко в историю. Об основании Ростова не сохранилось никаких преданий, но ко времени Юрия Долгорукого, город уже назывался великим. Этот факт и само основание Ростова в лесной глуши, вдали от водных путей вызывает недоумение (Корсаков Д., 1872, 61-62, 79). В период с 913 по 988 г. о земле Ростовской в летописях упоминаний нет, но можно предположить, что серебряный кризис, начавшийся во второй половине X в., положил конец процветанию Ростова и Суздаля. С этом кризисом был закончен период первоначального накопления капитала, который был сосредоточен в руках земского боярства и которому нужно было найти применение с использованим местных ресурсов и имевшейся инфраструктуры. Такая возможность представилась через некоторое время после вхождения Ростова в состав Киевского государства.

Взаимоотношения киевских князей и англосаксов в определенной мере отражены в русской былине о Чурило Пленковиче. Об англосаксонском происхождении имени Чурило говорилось выше, но и отчество Пленкович также может иметь англосаксонские корни, если принять во внимание др.-анг. flean "сдирать шкуру" и -ing – отглагольный суффикс, отражающий действие или его результат. Бытовой состав былины и ее герой значительно отличаются от реалий других былин. Ее суть в особенностях служения Чурила киевскому князю Владимиру. Есть предположение, что сюжет былины связан с пребыванием в Киеве одного из вождей покоренных племен:

Победа киевлян, одержанная над враждебным племенем, пленение вождя этого племени и переселение его в Киев, служба знатного пленника в доме князя-победителя, — все это могло стать предметом песнопений, вдохновить на создание былины. За долгие годы существования песни, исчисляемые столетиями, первичная ее основа под воздействием новаций утратила былую ясность, превратившись в один из компонентов многослойной былинной структуры (Фроянов И.Я., 2012, 33).

В поведении Чурилы проявляются отчетливын аристократические замашки, отличаюшие его от широкой массы киевлян. И это говорит о более высоком уровне чкутуры чуждого племени, сформированной в течение длительного времени в иных условиях. Анализируя былину, И. Фроянов видит в отношенях Владимира и Чурилы "даннические отношения", в которых последний выступает в качестве побежденной стороны и его служба не добровольная, а вынужденная и относящаяся только к личности князя:

Несмотря на то, что в некоторых былинных записях повествуется о службе Чурилы всему Киеву, надо все-таки сказать: он служит именно Владимиру как частному лицу и домохозяину, чем заметно отличается от других богатырей, обычно несущих службу Руси, народу русскому, обороняющих родную землю от врага (там же, 30).

В определенном противоречии с представленной здесь картиной англосаксонской колонизации бассейна Верхней Волги стоит Тимеревский археологический комплекс вблизи Ярославля. Правда, его общее описание и значение для развития государственности этой картине совсем не противоречит:

Концентрация крупнейших для IX века кладов арабского серебра, находок предметов быта, оружия и украшений импортного происхождения, большая площадь поселения, многоэтничный состав его населения позволяют сделать вывод, что Тимерево являлось ключевым торгово-ремесленным и военно-административным пунктом на Балтийско-Волжском пути. Начало функционирования Тимерева относится к третьей четверти IX века, о чем свидетельствуют клады, первые погребения могильника и ранние комплексы поселения. С включением территории Ярославского Поволжья в состав Древнерусского государства Тимерево, учитывая имевшийся потенциал, могло играть роль опорного пункта княжеской власти на местах – погоста и одновременно опорного пункта для дальнейшего освоения финно-угорских земель, которое в массовом порядке началось во второй половине XI века переселением крестьян-земледельцев уже с помощью формирующейся феодальной власти (Седых В.Н. 2007, 5).

Противоречат такой картине предполагаемые тесные связи Тимерева со Скандинавией и ведущая роль скандинавов в военной организации, что неоднократно подчеркивает автор. Однако предметы скандинавской материальной культуры могли проникать на Верхнюю Волгу торговым путем, что же касается подобия устройства курганов Тимерева со скандинавскими, то их возможная связь с аланскими курганами Причерноморья не проверялась. В.Н. Седых также указывает, что кроме торговли, ремесла и военного дела, "население Тимерева занималось сельским хозяйством, охотой, рыболовством, различными промыслами" (там же, 4). Трудно представить такой образ жизни варягов, имевших целью обогошение иным путем.

А. Толочко выдвинул гипотезу, что под общим именем русь скрывается два родственных сообщества, даже социума – русь скандинавская и русь южная. В процессе анализа текстов летописе он старается найти достоверные свидетельства для своей гипотезы и при этом опрометчиво утверждает, что "мы никогда не узнаем, какого происхождеиия было слово, давшее начало руси" (там же, 154).

Развивая мысль о двух сообществах руси, Толочко отмечает, что среди населения Восточной Европы можно выделить "деревенских викингов", занимавшихся возделыванием земли, и в связи с этим пишет:

Надо думать, аграрная колонизация и дальняя торговля представляют собой два совершенно различных феномена во внешне едином потоке скандинавского продвижения в Восточную Европу. Разительно отличающиеся занятия, способы жизни, культурный опыт, социальные позиции должны были формировать, в конечном итоге, и различные идентичности (Толочко Алексей, 2015, 168).

В каких точно местах "деревенские викинги" оставили свои следы, Толочко не уточняет. Но с вниманием отнесясь к его заключению, мы можем таковыми считать англосаксов. По крайней мере, в районе Москвы именно так они себя проявили. Если "деревенских викингов" считать скандинавами по находимым в сельских контекстах мечам, что по мнению Толочко характерно для Скандинавии, то этого слишком мало для того, чтобы говорить об их истинном происхождении. Отношения англосаксов с окружающим населением, среди которого путем насилия ими приобретался "живой товар" для практикуемой работорговли, не могли быть мирными. В связи с этим и сельские жители должны были иметь на всякий случай оружие и в таких условиях в среде англосаксов сформировалось военно-феодальное сословие, однако без легитимного единого правителя. Смутные воспоминания о местных вельможах содержатся в легендах о боярине Стефане Кучке, владевшим Москвой до Юрия Долгорукого. О самом Кучке исторических сведений не сохранилось, но о его роли в истории края говорят многочисленные топонимы в окресностях Москвы, содержащие его имя, да и сама Москва в первое время называлась Кучково. За непочтение князя, вступившего во владения Кучки, Юрий Долгорукий приказал предать его смерти (Корсаков Д. 1872, 78). Затаив зло на княжеский род, его сыновья и зять, со временем вступили в сговор с другими боярами и убили Андрея Боголюбского, сына Долгорукого. М.Н. Тихомиров считал, что большой род Кучковичей был сплоченной силой в этом крае и оставил о себе пямять в народных преданиях вплоть до XIX в. (Тихомиров Михаил. 2003, 35). Эта память отражает неприязнь независимого местного, так называемого земского боярства к чуждой княжеской власти рюриковичей. Имя Кучки (Кучко) можно связывать с др.-англ. cuc, cwic "живой, полный жизни".

Таким образом, нет серьезных причин для признания того, что Тимерево основали англосаксы. В пользу этого говорит и этимология его названия – др.-англ. team "племя, род, семья" и ear "земля", т.е. "родовая земля". В словаре древнеисландского языка ничего подходящего для толкования названия найдено не было. Также стоит заметить, что вдали от волжского торгового пути имеется еще две деревни Тимерево в Ивановской и Владимирской области и деревня Тимирево в Московской.

Последующее возвышение Москвы от небольшой деревни до уровня столицы великой империи нельзя объяснить иначе, как влиянием англосаксов на начальном этапе этого процесса. Причина возникновения имперского духа в русской политике не исследуется, но он не мог возникнуть из ниоткуда. Именно в это время зарождающееся русское государство впитывало политический опыт англосаксов, чего его правители Владимиро-Суздальские еще не могли иметь. Имперский дух, конечно проявляют правители. А как же массы? Растворяясь среди русского народа, оставили ли англосакси и среди него какие-то следы? В первую очередь речь должна идти о фольклоре. Эти следы известны, но им еще не были даны объяснения и они представляют собою большую загадку для фольклористов. Разгадывать эту занадку можно с расшифровки имен героев русских народных сказок:

Бова, королевич – др.-анг. Bōfa "мальчик".

Гвидон, царь – др.-анг. cwiс (герм. kwiku), имеющих происхождение от и.-е. gʷei̯- "жить" (Kluge Friedrich, Seebold Elmar. 1989, 364; Pokorny J. 1949-1959, 470-471), и др.-анг. dōn "делать".

Додон, царь – др.-анг. dead "мертвый", др.-анг. dōn "делать".

Кирбит, царь – др.-анг. gear "оборона" и др.-анг. beatan, анг. beat "бить".

Ратмир, витязь – др.-анг. rād "верховая езда", mearh "конь".

Рогдай, витязь – др.-анг. reoh "дикий" dā "олень".

Салтан, царь – др.-анг. sælđ "счастье", "благословение", ān "единственный".

Фарлаф, витязь – др.-анг. fær "неожиданная опасность", "атака", lof "хвала", "слава".

Все имена явно не русские, тогда возникает вопрос, почему в народных сказках употребляются древнеанглийские имена царей, но в летописях таких имен нет. С оценки летописей этот очерк и был начат, поэтому поски в них отражения роли англосаксов в государственном сторительстве России будут напрасными. Однако топонимия таит в себе другие загадки.

На карте (см. Рис. 7) от скопления курдских топонимов на территории бывшего Черниговского княжества на Москву ведет густая цепь топонимов курдского происхожденя, среди которых:

Харасея, деревня в Дмитриевском районе Курской обл. – курд. xarû "чистый", sayî "ясный, светлый".

Нарышкино, деревня в Мценском районе и посёлок городского типа в Урицком районе Орловской обл., деревни в Алексинском и Тёпло-Огарёвском районе Тульской области. – курд. nar "огонь", îşq "свет".

Байдино, деревни в Мценском районе Орловской обл., Ясногорском и Арсеньевском районе Тульской обл. – курд. bayda "дикий".

Зиброво, деревни в Должанском районе Орловской обл., Одаевском районе Тульской обл. и Скрпуховском районе Московской обл. – курд. zibr "грубый", "бурный", "суровый".

Балакирево, деревня в Ленинском районе Тульской обл. – курд. balakirin "поднятие", "повышение".

Барыбино, деревня в Серпуховском районе Московской обл. – курд. barî "бог", bina "дом, строение".

Бехтеево, деревня в городском округе Домодедово Московской обл. – см. выше.

Далее цепь курдских топонимов через Москву тянется к Ладожскому озеру. Среди них Ховань относится к деревням в Московской и Тверской областях. Это и другие подобные названия в других местах происходят от курд. hovan "дикий". Там наблюдается скопление англосаксонских топонимоов. Туда же ведет другая цепочка курдских топонимов от псковских курганов.

После упадка Боспорского царства на его месте образовалось Тмутараканское княжество. В российской историографии вопрос о национальном составе княженства остается открытым. Предположение о его славянской принадлежности опровергается с указаним на то, что "славянское население на Тамани появилось не ранее конца XVIII века", но эта тема не развивается далее (Чхаидзе В.Н. 1010, 24). Оченидно, отправная точка не обнаружена, но она есть.

Название княжества также расшифровывается при помощи курдского языка: курд. tarî "темный" (соотвествует значению первой части названия по-славянски), kanî "источник, родник". Из летописей известен убитый в поединке тмутараканским князем Мстиславом в 1022 г. предводитель тамошних черкесов Редедя, который на самом деле мог быть курдом, если принять во внимание курд red "пропадать, исчезать", eda "платеж, расчет". Благодаря этой победе Мстислав приобрел большой авторитет среди местного населения. Его дружина состояла из хазар, касогов и других "прикавказских народов" (Соловьев С.М., 1959, Т.1, 214, 233, 251). Когда он в 1024 г. стал черниговским князем, переселил в Северскую землю многие семьи степных народов, среди которых должны были быть и те курды и адіги, котрые не двинулись в поход вслед за англосаксами. Их присутствие в районе Чернигова подтверждает топонимия. На левом берегу Днепра выше Киева стоял летописный город Тмутаракань, также и названия многих населенных пунктов Левобережной Украины расшифровываются при помощи курдского языка. Присутствию адыгов на Украинк посвящена отдельная статья Краткий очерк ранней истории черкесов.

По свидетельству летописи в Черниговском княжестве нередко "хозяйничали приглащенные Ольговичами половцы", которые также могли участвовать в походах местных князей на Смоленск и Киев (Рыбаков Б. А., Гл. ред. 1966, 593). Под именем половцев скрываются разные народы Северного Кавказп, а о походе на Москву в исторических работах сведений нет, вместо них говорит топонимия.

Из всех курдских топонимов особенно обращают на себя внимание происодящие от курд. zehn "седло" (Захново, Зехново, Зехниха, Захнихино, Захнево). Их насчитывается около двух десятков, что говорит об особой роли конницы при миграциях курдов. Происхождение этого слова в Этимологическом словаре курдского языка не рассматривается (Цаболов Р.Л. 2001, 2010). С учетом тесного взаиодействия курдов и адыгов, можно предполагать адыгское происхождение название седла при условии слияния нескольких адыгских слов, напрмер, каб зэ как глагольной приставки, имеющей значение объединение, взаимодействие объектов, хъу "самец" (в данном случае "жеребец") и *n? "человек" (при каб. нэ "глаз").

Вторым наиболее часто встречающемся в России курдским топонимом явояется "Нарышкино" (10 случаев). Популярность этого названия у огнепоклонников-курдов отражена также в существовании боярского рода Нарышкиных, представительницей которого была мать Петра I Наталья Кирилловна. Она была дочерью просвещенного боярина, восприняла европейские ценности своего времени и применила их при воспитанию сына. Именно это определило ее ключевую роль в формировании реформаторского духа, западные идеалы и необычный образ жизни будущего царя (Кудряшов Константин. 2013).

Кроме этих, так же довольно часто встречаются такие курдские топонимы как Балакирево зафиксированное 9 раз (того же происхождения фамилия Балакирев), Бабанино (6 случаев от названия одного из курдских племен), Бехтеевка (4) и Бехтеево (3), Зиброво (3) и Зибороаво. Их можно найти в составе другой цепочки, ведущей через Рязань на Владимир вперемешку с англосаксонскими и адыгскими. Среди них знаменательным является название села Шурскол в Ростовском районе Ярославской области. Это испорченное сочетание слов, соответствием которым являются каб. шур – именительный падеж от шу "всадник" и зэкIуэлI "участник набега, похода". То есть вся эта цепочка отражает интернациональный поход в глубину России, который закончился в районе города Гаврилов Посад Ивановской области. Вокруг него расположены такие топонимы:

Бутырки – др.-англ., см. выше.

Елховка – др.-англ. ealh "храм".

Жадинское – каб. шэд "болото", ен "целый", "весь".

Иворово – др.-англ īw "тис", ear "озеро". Перенос значения "ива" из "тис" возможен (Фасмер М. 1967. Том 2. 112).

Ирмес – др.-англ iermen "большой", "сильный".

Кибол – каб. кIэ "хвост", блэ "змея".

Менчаково – курд. menc "желание", "страсть".

Суздаль – др.-анг. swæs "дивный, приятный, любимый", dale "долина".

Сима – др.-англ. sima "лента, цепь, веревка".

Сокатово – каб. соку "грива", тумэ "нечистокравный".

Тимерево – др.-англ., см. выше.

Туково – курд. tûk "пух, перо", "шерсть", av "вода, влага".

Тума – каб. тумэ "нечистокравный".

Туртино – др.-англ. Đūr "бог грома", tūn "двор", "дом", "жилище".

Цыбеево – каб. цыбэ "волосатый".

Шадрино – др.-англ., см. выше.

Шекшево – курд. şeqşevîl "лошадь с неровными зубами".

Шельбово – др.-анг. scielian "разделять", bū "строение, жилище".

Шипилово – курд. sepelî "слякоть".

Шихобалово – курд. şixab "пробуравленный, просверлённый", al "группа, отряд".

Ярдениха – OE geard "огороженный двор, жилище, дом".

В списке приведен 21 топоним,хотя, в действительности их больше. Однако и этого достаточно для того, чтобы согласиться с тем, что известый конный завод на севере России был заложен пришельцами из южных степей. В 1434 году село Гавриловское упоминается в договоре Великого московского князя Василия Васильевича с князем Дмитрием Юрьевичем Шемякой в 1434 году, который, судя по имени, по происхождению был англосаксом (ср. с упомянутым топонимом). По преданию, царская конюшня в Гавриловской слободе была основана по велению царя Ивана Грозного в 1564 году. В поселениях на пути движения мигрантов конюшни строились с самого начала, что подтверждает название в Ярославской и Новгородской облвастях двух деревень Шиботово. Смыл названия понятен по каб. шы "лошадь" и бо "конюшня, -т – "глагольный суффикс наречия-сказуемого". Показательно, что здавна существовашая традици ухода за лошадьми в деревне Шиботово Боровичского района Новгородской области со временем приняла более широкое направление. Там существует ветеринарная клиника доктора Сергея Павловича Евсеева. Название "Гаврилов Посад" должно иметь смысловую связь с названием города Гаврилов Ям на расстоянии семидесяти километров к северу от него. Там буквало рядом расположены деревни с названиями коневолческой терминологии Седельница и Кобыльское. Это могло бы быть случайностью, если бы соседние дервни не имели тот же смысл: Шалава (ср. каб. шы и лъауэ "скальпель для кровоускания лошадям" и Ханьково (ср. каб. хьэмкIэ "галоп"). Тут же расположена деревя с названиям адыгского происхождения Иголиха (ср. каб. игъуэлъхьэн "ложиться", "лечь". Названия коневодческой терминологии могли первоначально иметь также Гаврилов Посад и Гаврилов-Ям. Можно предполагать, что это видоизмененные адыгские апеллятивы под влиянием сходства к каому-то русскому слову. Им межет быть название масти лошадей "каурый", которому можно поставить в соответствие каб. кIуэр "иноходь", "иноходец".

Плотность топонимов иноязяного происхождения дает основание предполать, что на его месте находился административный центр псевдогосударственного усторйства, власть которого распространялась на большой территории, по котрой были разбросаны обособленные разноэтнические поселения – финские, проточувашские, англосаксонские, курдские, адыгские. Поселения племен финской группы были исконными, проточувашские сохранились со времен существования фатьяновской культуры. К ним добавились основанные чувашами при переселении их части из Хазарского каганата на Волгу. Также многие англосаксонские топонимы относятся к разным временным периодам, в то время как курсдские и адыгские были основаны переселенцами во второй половине первого тысячелетия н.э.

Иногла поселения носили смешанный характер, когда природные условия притягивали разноплеменных пришельцев. Одним из приморов таких поселений является компактная группа деревень в Даниловском районе Ярославской области:

Балакирево – курд., см. выше.

Белавино, Белебино – др.-англ. bǣl "огонь", eawian “показывать”.

Ерденево – др.-англ. eorđe “земля”.

Есманово– курд. e’sman “небо”.

Кисарино – курд. xisar “потеря, утрата”.

Мистелово – др.-англ. mistel "омела".

Ристово – курд. rist “нить”, "веревка".

Англосаксы и курды образовали в Ярославской и соседних областях собственные колонии, о чем свидетельствуют группы топонимов. Со временем все пришельцы были ассимилированы прибывающим русским населением, однако в земле какие-то следы их материальной культуры должны сохраниться. Археологические исследования в этих местах могут прояснить детали колонизации и особенности культурного развития Северной России.

Отчетливых следов отдельных адыгских поселений нет, но пути их пердвижения топонимия сохранила. Их трудно вывыявить без хорошего знания кабардинского языка, но на Балтийском пути их зафиксировано достаточно. Менее отчетливо виден путь от Воронежа до Владимирова, но многозначительны топонимы Гагарино и Шуя, имеющие адыгское происхоэдение: каб. гъэгъа "расцветший" и ринэ – "суффикс существительного от глагольных основ"; каб. шууэ "верхом" от шу "всадник". В России каждого из них насчитывается более десяти. Смысл этих названий отражают не только военный поход, но и длительную миграцию, после которой часть адыгов осталась в России. Очевидно, их аристократическая часть, о чем говорят княжеские роды Гагариных и Шуйских; один тз представителей последнего, Василий Шуйский, был даже русским царем (1606-1610).

Отсутствие князей киевской династии на Верхней Волге до самых последних лет XI в. дает основание предполагать, "что здесь должны были быть свои княжеские династии" (Пархоменко Вл.А. 1924, 103). В конечном итоге они не смогли противостоять натиску Киева. Намереваясь установить господство во вновь обретенной земле, Ярослав Мудрый, в качестве опорного пункта закладывает на Волге город Ярославль, а Владимир Мономах – Владимир на Клязьме. Неприятие пришельцев местной племенной знатью привело к так называемым "восстаниям волхвов" в 1024 г. и в 1071 г. Обычно под волхвами понимаются некоторые жрецы или кудесники в соответствии со значением др.-рус. вълхвъ. Подобные слова присутствуют в южнославянских языках, а в западнославянских языках, сформированых на Правобережье, такого слова нет, поэтому оно не является общеславянским, но его этимология спорна.

Кудесники, волшебники и всевозможные гадатели и знахари были редким явлением среди обычных людей, в то время как волхвы должны были быть многочисленными. Согласно летописям во время восстания 1024 года волхвы убили множество простого люда, большей частью женщин, но и мужчин тоже. Не могла это сделать горстка повстанцев, да и не кудесническое это дело поднимать востания. И. Фроянов приходит к заключению, что "этническая принадлежность участников событий 1024 г. не поддается точному определению" (Фроянов И.Я. 2012, 91). Он не знал о присутстви англосаксов в Суздальсткой земле, иначе бы пришел к выводу, что волхвами, т.е. "волками" называла себя англосаксонская знать, если принять во внимание др.-анг. wulf, анг. wolf "волк”. По свидетельству Геродота, существовало поверье, якобы невры, которых мы связываем с англосаксами, один раз в год превращались в волков. Поэтому за ними могло закрепиться название "волф", которое славяне произносили как "волхв". Эти волхвы поклонялись своим богам, среди которых на первом месте стоял Велес. Его фигура как главного божества сохранялась в Ростове долгое время даже после принятися христианства.

Из летописей неясно, как закончились эти восстания, но больших изменений в регионе не наступило, пока свою активность не проявил здесь князь Юрий Долгорукий, развив масштабную градостроительную деятельность, что специально отмечается в летопися (Богданов С.В. 2021, 37). Он закладывая города и каменные церкви в них, среди которых были Переславль-Залесский, Юрьев Польский, Дмитров, Кснятин, укрепил уже существовавшую Москву. Дело отца продолжил Андрей Боголюбский укрепившийся на княжении в 1155 г. после захвата власти Юрием Долгоруким в Киеве. Строительство требовало денег и нет другого объяснения, чем то, что оно обеспечивалось капиталом, накопленным местным боярством в добрые прежние времена. Иных возможностей, как экспроприация необходимых средств собственников, у Долгорукого и его сына просто не было.

Для строительство новых городов в Ростово-Суздалькой земле требовался не только капитал, но и дополнительные рабочие руки, и они привлекались властью в качестве свободных поселенцев, что способствовало также развитию сельского хозяйства и обрабатывающей промышленности. Татищев писал, что Юрий Долгорукий собирал людей отовсюду и предоставлял им немалую ссуду и оказывал другую помощь (Корсаков Д. 1872, 76). Основную их массу должны были составлять радимичи и вятичи. Так началася славянизация этого края.